Что происходит на индивидуальном сеансе по соматике Ханны?

Лоуренс Голд

Lawrence Gold, “What Happens in a Hanna Somatics Session?”.

session

Начнем с того, что человек, входящий в кабинет, обычно приносит с собой уйму симптомов и историю. Симптомы – это места, которые болят, а история рассказывает о причине боли.

При осмотре я обычно обнаруживаю различия в положении двух сторон его тела. Одно плечо бывает выше или наоборот — отведено вниз и назад, при дыхании по-разному расширяются ребра с разных сторон, одна стопа развернута иначе, чем другая, голова наклонена или повернута в сторону, спина выгнута, плечи ссутулены и т. д.

Когда человек лежит в разных положениях на столе для соматической работы и позволяет мне двигать частями его тела, я обнаруживаю, что одни движения у него более свободны, чем другие. И когда он ставит стопы на стол и лежит на спине с согнутыми коленями, я часто вижу, что одна нога автоматически стремится упасть в сторону, если ее не придерживать, или что обе ноги завалены внутрь и колени сведены вместе, а это говорит о напряжении внутренних мышц бедра. Передняя сторона бедер может быть очень чувствительна или даже болезненна, мышцы под ключицами могут быть зажаты, а плечи приподняты над поверхностью стола.

Мышцы шеи бывают напряжены с боков или спереди, или по задней поверхности шеи, или чуть выше и глубже трахеи. Мышцы поясницы также бывают напряжены с одной стороны больше, чем с другой. Плечи могут быть отведены вперед. И этот список можно продолжить.

И везде наблюдается тенденция к определенному паттерну, который создает мышечные сокращения, не позволяющие человеку стоять полностью прямо, удерживать равновесие или же плавно и свободно пройтись по комнате.

И что я тогда делаю? Я провожу процедуру, в результате  которой человек освобождается от паттернов мышечного напряжения. Плечи расслабляются, ноги начинают двигаться более свободно, ему становится легче поддерживать равновесие, движения становятся более плавными и легкими и т. д. и т. п.

И все хотят узнать ответ на вопрос о том, как я это делаю.

session2

Трудно объяснить это человеку, который никогда не чувствовал этой процедуры на себе. Почему? Потому что люди пытаются сравнивать новое с тем, что они уже знают, а эта процедура совершенно отличается от большинства современных лечебных методик или способов работы с телом.

Но я отвечу на него настолько четко, насколько смогу.

Вначале нужно сделать небольшое вступление.

У всех, кто приходит с напряженными, болезненными мышцами, есть нечто общее: они не способны контролировать это мышечное напряжение.

В большинстве случаев люди даже не знают о его существовании. Все, что они знают, — это то, что они испытывают боль и что их движения ограничены. Или не знают, что их движения ограничены, а только чувствуют боль. И на самом деле они могут даже не осознавать все места в теле, которые испытывают эту боль. Чаще всего это так и есть.

И мне нужно им это показать. Эта демонстрация подготавливает их к соматической работе. Это часть диагностического процесса. Я говорил об этом раньше. Когда я касаюсь разных частей тела или двигаю ими определенным образом, я говорю о своих наблюдениях и спрашиваю людей о том, что они замечают. Это не требует больших усилий. Затем мне нужно объяснить человеку, что эти места болезненны потому, что его мышцы находятся в состоянии постоянного сокращения и утомления. А затем я (впервые для многих) говорю о том, что если расслабить эти мышцы, то боль уйдет.

Следующий шаг – это решить, с чего начать. С какой частью этого паттерна напряжения нужно работать первой?

Контролю над каким местом нужно обучить человека прежде всего? Чтобы это определить, я должен понять, какое действие человек совершает, когда напрягается. Он наклоняется? Или поворачивается? Смещает вес тела в сторону, как бы стараясь избежать боли? Или, возможно, он старается не делать полный вдох с одной или с обеих сторон грудной клетки? Список можно продолжить. Дело в том, что, зная об истории его проблемы, наблюдая за его осанкой в положении стоя и прощупывая его мышцы, я могу в целом распознать привычный паттерн его напряжения.

Затем я определяю, с чего начать, и мы приступаем к устранению проблемы.

Под «устранением» я подразумеваю избавление от боли и возвращение напряженных зон тела в комфортное, расслабленное состояние. Мышцы расслабляются и удлиняются, дискомфорт или боль уходит, а моя рука теперь ощущает, что нужные зоны расслаблены. Те места, которые были болезненны, неспокойны или чувствительны, теперь пришли в норму и находятся в состоянии комфорта.

Я еще не говорил вам, как я это делаю.

Дело в том, что если быть точным, то следует сказать, что я ничего не делаю  со своим клиентом для достижения этих изменений. Я не «чиню» людей. Можно сказать, что мы — вы и я — делаем это вместе.

Видите ли, это совместный процесс. Моя работа состоит в том, чтобы обучить человека движениям и действиям, которые освобождают от болезненного, рефлексивного мышечного напряжения и учат нормальному, плавному контролю над мышцами и движением.

Я даже придумал название для этих действий — «зевок всем телом». Это действие всего тела потому, что паттерны движений, с которыми мы работаем, в основном включают или действуют на все тело так же, как зевок приводит к расслаблению всего тела, хотя при этом работают лишь паттерны отдельных мышечных сокращений. На самом деле это процесс, при котором мой клиент переобучает свой мозг, чтобы лучше контролировать собственные мышцы.

Рассмотрим, например, плечо.

Человек лежит на животе, лицо повернуто в сторону. Одна из рук лежит перед лицом, ладонь напротив рта и носа, локоть согнут и лежит на столе, другая рука выпрямлена вдоль тела.

В ходе обследования я определил, что мышцы, которые крепятся к верхней части плеча и тянутся к шее, так сказать, слегка напряжены. Это значит, что, если я приподниму локоть этой руки над столом, как крыло, он будет оставаться приподнятым, когда я его отпущу. Это не антигравитация, это зажатые мышцы плеча держат руку в поднятом состоянии. Я указываю на это клиенту. Я говорю: «Вы это заметили? Смотрите». И плавно толкаю руку обратно вниз, к столу, а затем снова приподнимаю ее и отпускаю. Она остается в воздухе. «Видите? Она остается поднятой». Ответ часто бывает таким: «Но я же не знал, что вы хотите, чтобы я расслабился». Тогда я отвечаю: «Хорошо. Пусть ваша рука остается расслабленной». Затем я снова приподнимаю руку. И, как правило, она снова зависает в воздухе.

Тогда я прошу клиента сделать нечто немного необычное. Я начинаю объяснять: «Я попрошу вас сделать движение, которое задействует эти напряженные мышцы. А я буду противодействовать этому движению. Вы не сопротивляетесь, вы двигаетесь, а сопротивляюсь я». Затем я кладу руку человеку на локоть и прошу приподнять его.

Я продолжаю слегка надавливать на локоть, но так, чтобы клиент все же мог его приподнять, а затем в определенном месте, где я чувствую, что локоть поднят достаточно высоко, я начинаю сопротивляться этому движению с такой же силой, с какой движется клиент. Здесь движение останавливается, но усилие продолжается, уравниваясь между нами.

Затем я прошу клиента очень медленно опустить руку на поверхность стола или же могу попросить слегка уменьшить усилие, что приводит к такому же результату. В то время как я сохраняю начальное усилие сопротивления, клиент уменьшает свое усилие и его рука медленно и плавно опускается на поверхность стола. «Опускайте до самого низа», — говорю я. Затем происходит нечто очень неожиданное — неожиданное для моего клиента. Я приподнимаю руку и отпускаю ее, и она свободно падает. Она больше не застывает в воздухе. «Смотрите», —  говорю я и снова несколько раз приподнимаю руку и даю ей упасть.

Что произошло? Клиент заново обучился расслаблять эти напряженные мышцы. Более того, клиент научился самостоятельно контролировать количество усилия, которое прилагается к этим мышцам. Он научился регулировать собственное напряжение до степени полного расслабления, чего не мог делать раньше.

Что же клиент чувствовал во время движений, которые выполнял? Вначале он чувствовал усилие, приподнимая руку, когда я мягко положил руку ему на локоть. Затем он почувствовал, как я замедляю его движение своим противодействующим давлением, пока движение не остановилось. Он продолжал ощущать свое мышечное усилие. Затем он услышал, как я говорю: «Медленно опустите руку на стол». Это дало ему возможность слегка ослабить усилие. Ощущение клиента при опускании руки — это ощущение постоянно уменьшающегося усилия, пока оно не перешло в состояние полного расслабления. Клиент полностью восстановил способность расслабляться.

Рука стала мягкой.

Есть еще один шаг, который называется «быстрое обратное запирание», и выполняется оно следующим образом. Клиент поднимает локоть, как прежде, я сопротивляюсь этому движению, как прежде, а затем громко считаю «три-два-один-ноль».

На счет ноль клиент свободно роняет свою руку на мою мягкую, поддерживающую руку, которая ожидает внизу. Я ловлю руку и ощущаю ее нисходящее давление. Клиент получает опыт быстрого переключения с одной группы мышц на противоположную, выполняя обратное движение. Это действие дает клиенту ощущение подвижности и контроля. Оно также пробуждает мышцы, которые долго не работали, потому что их мышцы-антагонисты были перенапряжены.

Это пример простого движения плечом, которое  выполняется в начале сессии, направленной на решение проблем со спиной (напряжение в плечах обычно является частью паттерна сокращения мышц, приводящего к боли в спине). Такая сессия включает серию движений, которые методично прорабатывают паттерн напряжения в теле человека.

Некоторые из приемов данной работы требуют, чтобы я сидел на рабочем столе рядом с клиентом — тогда у меня будет подходящий рычаг для работы и я смогу получить хороший результат. Обычно я сообщаю об этом, но если это неудобно для клиента, то мы можем работать по-другому, чтобы я не сидел на столе (но, как правило, это менее эффективно).

Существуют и другие техники, кроме зевка всем телом (который также называется «принудительной пандикуляцией»).

Например, человек не может почувствовать определенного движения своего плеча, скажем, его поднятия. Также бывает, что человек не чувствует движение плеча ни вверх, ни вниз, а чувствует только движение вперед и назад или по диагонали. Значит, мне нужно его этому обучить. И тогда я двигаю плечом человека вместо него, чтобы он почувствовал это движение. Затем я прошу человека добиться такого же ощущения, двигая плечом самостоятельно. Я также буду помогать ему двигать плечом, пока он не уловит это движение и не начнет делать его сам. Такой подход является совершенно новым видом обучения для людей и увеличивает их общую плавность движений. Людям это нравится, ведь так они могут ощущать себя более элегантными, будто все их движения теперь выполняются плавно. Люди в целом начинают лучше управлять своим телом. Такие движения также называются «посредством чего» (means-whereby), т. е. это обучение чувствовать то, за счет чего мы выполняем определенные действия. Это название взято из формулировки Ф. Маттиаса Александера; он использовал этот приём в своей методике, которая сейчас называется техникой Александера.

Еще есть техника, которая включает в работу напряженные мышцы. Например, бывает так, что боковые мышцы шеи и головы зажаты и тянут шею и голову в сторону. Если я подвигаю головой и шеей человека в стороны, то он сможет ощутить эти мышцы в достаточной мере, чтобы самопроизвольно расслабить их. Мы называем эту технику «кинетическим отзеркаливанием». Этот причудливый термин ввел Томас Ханна, который питал слабость к зеркалам. Существуют и другие названия: «cтрейн-констрейн» (напряжение-контрнапряжение), «замещенное усилие» и пр.

И наконец, после контактной работы я показываю клиенту закрепляющие упражнения, состоящие из серии определенных движений различных частей тела, которые затем объединяются в один общий паттерн. Я советую выполнять его дома самостоятельно в течение нескольких дней после сессии. Я также предлагаю избегать любой манипулятивной терапии  или чрезмерной физической нагрузки, чтобы в течение нескольких дней привыкнуть к новому ощущению движения. Так, лучше знакомясь с самим собой, можно закрепить новое ощущение себя.

В итоге общим результатом подобной сессии является состояние расслабления. Многие люди говорят: «Мне хочется спать». На самом деле некоторые люди «отъезжают» уже в середине сессии, и я не могу понять, спят они или впали в транс, не понимают, что я им говорю, или просто меня не слышат. Если человек какое-то время не двигается, я жду, когда он снова придет в себя.

В любом случае, эта расслабляющая практика вводит людей в состояние некоторой эйфории, когда мир кажется более цветным, ярким и живым. Но на самом деле происходит иное: оживает сам человек.